неділя, 21 грудня 2014 р.

Про права людей у т.зв. ЛНР


Руководитель Луганского областного отделения ВОО «Комитет избирателей Украины» Алексей Светиков принял участие в круглом столе «Убийства, исчезновения, пытки: права человека во время войны», который состоялся в Берлине, в Бундестаге, 16 декабря. Публикуем основные тезисы, которые были озвучены нами во время этого мероприятия.
Для начала я хотел бы возразить представителю Московского отделения Хьюмэн Райтс Вотч госп. Локшиной: отчет этой организации с утверждением о том, что происходящее в Украине — внутренний конфликт, вызвал возмущение в украинском правозащитном движении. На самом деле факты говорят о том, что происходящее в Украине — необъявленная война России против Украины.

У этой войны две общеизвестные особенности: 1) агрессора действительно поддерживает значительная, если не большая часть населения оккупированной сейчас территории Луганской области; 2) агрессия происходит не только военным, но и информационным, и особенно, экономическим путем. Но мы должны обратить внимание на еще одно обстоятельство, которое наблюдается, наверное, впервые в мировой истории – свою необъявленную войну Россия заканчивает необъявленной аннексией захваченной территории.
Напоминаем о фактах, которые свидетельствуют о том, что такая аннексия уже состоялась. Т.н. ЛНР живет не по украинскому, а по московскому времени. Школы в т.н. ЛНР учат по российским, а не по украинским стандартам и программам (напр., там пятибалльная система оценок). Работой учреждений здравоохранения Луганска руководит Минздрав России, туда больницы направляют заявки на медикаменты и оборудование, в Россию отправляют больных на лечение.  Назначения в органы власти т.н. ЛНР согласовываются в Москве, а вовсе не в Киеве. Так, местного самоуправления в т.н. ЛНР больше нет, а территории возглавляют не избранные местным населением городские головы, а назначенные  в Луганске по согласованию с Москвой лица. Правопорядок на территории т.н. ЛНР в значительной степени обеспечивают офицеры ФСБ России. В группе по контролю за прекращением огня нет представителей т.н. ЛНР, там есть генерал из генштаба России. Так что де-факто сегодня Луганск – это уже Россия, а не Украина.
В такой ситуации государство Украина не может выполнять позитивные обязанности по защите прав человека на аннексированной Россией части своей территории. Но, увы, Украина явно в недостаточной степени выполняет эти обязанности на той территории, которую она контролирует.
Короткий обзор основных проблем.
  1. Убийства гражданских лиц военнослужащими или членами паравоенных формирований происходят в обеих частях Луганской области. Главное отличие состоит в том, что в Украине такие случаи фиксируются, они вносятся в единый реестр досудебных расследований и по ним проводится следствие. Как правило – неэффективное. И наша (местных правозащитников) деятельность направлена на побуждение государства проводить такие расследования надлежащим образом. Убийства гражданских лиц боевиками в т.н. ЛНР чаще всего не документируются вовсе, а обоснованность применения летальной силы в лучшем случае устанавливается местным полевым командиром. Единственное доступное украинским правозащитникам средство защиты права в этом случае – это озвучивание таких фактов летального насилия против гражданских лиц. Например, мы описали все 7 случаев убийств гражданских лиц в городе Северодонецке во время его оккупации. Увы, государство Украина после освобождения Северодонецка не предприняла надлежащих мер по расследованию этих преступлений. Что касается убийств, происходящих на территории, аннексированной Россией, то МВД Украины не документирует такие факты. Например, по факту недавнего убийства казаками молодого мужчины в Антраците, о котором мы сообщали, информация в ЕРДР внесена не была.
  2. Отдельная серьезная проблема – это обстрелы гражданских объектов, в которых заведомо нет военных другой стороны. Такие факты мы фиксировали только в действиях пророссийских боевиков. Эти обстрелы используются как средство в информационной войне. Международных наблюдателей таким образом «убеждают» в якобы нарушении ВСУ «правил ведения войны», а население — в том, что Украина якобы фашистская страна, осуществляющая геноцид «донбасского народа». Впервые такие факты мы зафиксировали при обстрелах жилых районов Северодонецка 1 и 10 июля. Последний такой случай – это обстрел роддома в Первомайске. По нашей информации, там снаряды попали в сторону здания, расположенную со стороны занятого боевиками Стаханова. Вина государства Украина в этих случаях состоит в том, что ее компетентные органы не проводят их расследование. Причем, даже в тех случаях, когда территория освобождается или контролируется ВСУ.  Например, когда в начале декабря осуществлялись обстрелы Попасной или Кряковки, где не было позиций ВСУ. Выполнение позитивных обязанностей в этом случае состояло бы во внесении информации об этих фактах в ЕСДР и проведении надлежащих расследований с проведением баллистических экспертиз.
  3. Более масштабная проблема – неизбирательное применения силы, в результате чего разрушаются гражданские объекты и гибнут мирные граждане. Такие действия допускают обе стороны. К сожалению, государство Украина не проводит документирование и расследование таких инцидентов. В том числе в тех случаях, когда виновными в неизбирательном применении силы являются военнослужащие ВСУ.
  4. А вот размещение артиллерийских позиций в жилых районах – это особенности действий пророссийских боевиков. Классический пример – это расположение батарей РСЗО на территории завода «Центрокуз» в Кировске. Что привело к разрушениям в жилых районах, примыкающих к промплощадке. Мы также неоднократно публиковали видеофакты, когда боевики подвозили «мобильные» минометы, АГСы или даже гаубицы  к жилым домам во Фрунзе, Кировске, Донецком и увозили сразу после залпов. Такие действия могли бы квалифицироваться как военные преступления, однако ни государством Украина, ни международными мониторинговыми миссиями они не документируются.
  5. Похищения людей военнослужащими или членами паравоенных формирований происходили в обеих частях Луганской области – на аннексированной Россией и на контролируемой Киевом. Однако, в первом случае это происходит в значительно больших количествах, и не существует механизма документирования и расследования таких фактов. А на украинской стороне ситуация начинает постепенно исправляться, в настоящее время арестованы 8 бойцов батальона «Айдар», причастных к подобным похищениям. Кроме того, похищения в т.н. ЛНР чаще всего происходят не из-за политических взглядов похищаемого лица, а для получения выкупа. Одна из таких многочисленных ужасных историй случилась с бывшим городским головой Антрацита Вячеславом Салитой, который был убежденным сторонником Партии регионов, а вовсе не Майдана. Зимой 2014 года он ушел в отставку, и тем не менее был похищен, а с родственников потребовали выкуп в полмиллиона долларов. Чтобы убедить заплатить деньги, пожилому  мужчине простелили ногу. Освободили его после того, как были заплачены 200 тыс. долларов. После чего Салита умер в Харькове в больнице от полученного ранения. К сожалению, большинство историй о похищениях остаются неизвестными, родственники предпочитают их не афишировать и заплатить деньги похитителям.
  6. К похищенным людям часто применяются пытки, и это делают обе стороны. В этом случае мы вынуждены отметить нарушение государством Украина обязанности не допускать применения пыток и жестокого обращения со стороны лиц, действующих как агенты государства. На стороне, аннексированной Россией, пока совсем нет органа, к которому можно было бы апеллировать по поводу нарушения негативной обязанности государства не допускать пытки и жестокое обращение.
  7. Нарушение статьи 1 приложения 1 Конвенции (права собственности) на территории т.н. ЛНР имеет массовый характер, такие нарушения часто инициируются людьми, которые там действуют как власть. Например, в сентябре в Луганске т.н. уличные обходили дома, выясняя, из каких домов хозяева выехали. Целью этих обходов было выяснение тех домов или квартир, собственники которых выехали на территорию Украины – с целью реквизиции жилья и заселения его другими лицами. Нам известны несколько адресов, по которым с санкции властей т.н. ЛНР такое случилось. Массовый характер имеют случаи отбирания у мирных жителей автомобилей, особенно – на блокпостах т.н. ЛНР. И если, к примеру, поехать из Северодонецка в Луганск на достаточно дорогом автомобиле, то велика вероятность, что доехать до места назначения не удастся. В настоящее время один из самых успешных бизнесов в Луганске – это продажа отобранных у граждан автомобилей в России или в Украине. Обеспечивают этот бизнес некоторые из созданных в т.н. ЛНР отделений полиции. Например, созданное на основе бывшего МРЭО в г. Свердловск занималось выдачей новых документов на такие автомобили. Обычным делом является грабеж гражданских лиц военными на блокпостах т.н. ЛНР. При этом в т.н. ЛНР факты грабежей, совершенных военными и паравоенными, практически никогда не документируются. Но иногда имущество удается вернуть не процессуальным способом, а через обращение к местному полевому командиру.
  8. На территории т.н. ЛНР сложилась ситуация, близкая к гуманитарной катастрофе. Мы знаем о фактах смерти от голода пожилых людей на той территории. Хотя в Луганске такую информацию отрицают. Причина этих смертей – прекращение государственных социальных выплат. Является ли это виной Украины и что должна сделать Украина? Это вопрос, который разделил правозащитников Украины.
В Украине действует солидарная пенсионная система. Это значит, что существует некоторая государственная система выплаты денег пенсионерам и государственная система сбора денег в Пенсионный фонд, из которых производятся выплаты пенсий. Сегодня на территории т.н. ЛНР у Украины нет ни первой, ни второй системы.
Что значит для Украины отсутствие системы сбора средств в Пенсионный Фонд? До начала войны  в Луганской области выплачивалось примерно 15 млрд.грн пенсионных выплат в год, а собиралось на территории области примерно 10 млрд.грн. Недостающие 5 млрд. грн. дотировались из госбюджета (цифры примерные). Сегодня в аннексированной части Луганской области средства в Пенсионный Фонд не собираются, а для выплаты пенсий требуются те же 15 млрд. грн. То есть млрд. дол. Еще примерно 2 млрд.дол. нужно для выплаты пенсий в т.н. ДНР. Кроме того, Украина поставляет в т.н. ЛНР и ДНР газ, который покупает у России, и электроэнергию. Эти ресурсы никто не оплачивает. Учитывая, что Украина находится в преддефолтном состоянии, эти 3,0 млрд. дол. на самом деле негде взять. Из-за того, что в т.н. ЛНР и ДНР уничтожена система сбора средств в Пенсионный Фонд, Украина просто не в состоянии выполнять свои обязанности по выплате пенсий на территории т.н. ЛНР и ДНР. Это своего рода форс-мажор, вызванный войною, форс-мажор на государственном уровне.
Обращает внимание, что именно в Москве особенно настаивают на том, чтобы Украина эти обязанности выполняла, для этого Москва даже заявила о том, что признает  Донбасс частью Украины. Это при том, что де-факто Донбасс уже аннексирован Россией. Так что пенсионеры  Донбасса являются по-сути оружием в экономической агрессии России против Украины,  способом разорить Украину, довести ее финансовую систему до коллапса и таким образом достигнуть победы в гибридной войне.
Есть еще одно обстоятельство, более важное. На самом деле Украина не может выплатить деньги самым нуждающимся жителям т.н. ЛНР. Ведь банковская система Украины в т.н. ЛНР уничтожена перманентными грабежами банковских учреждений, ликвидирована система государственных учреждений – пенсионные управления, патронажные службы и др. Одинокие пенсионеры, умирающие сегодня от голода, не имеют банковских карт и не смогут съездить в Россию, чтобы снять с этих карт назначенные им в Украине пенсии.
То есть на то, что касается гуманитарной катастрофы, государство Украина не может непосредственно повлиять – там нет украинских чиновников и не работают украинские законы. Предложения продолжать выплачивать пенсии 50-ти летним пенсионерам т.н. ЛНР – это не средство преодоления гуманитарной катастрофы, это средство порабощения Украины путем экономической агрессии.

Немає коментарів:

Дописати коментар